ИВ РАН

Статьи

Индия - Китай: напряженность в отношениях сохраняется

Каменев Сергей Наумович

Восточная аналитика '2017, №3

 

Заявление министра иностранных дел Китая Ван И, сделанное им на пресс-конференции после завершения 5-й сессии Всекитайского собрания народных представителей, о необходимости подумать над расширением состава БРИКС, повергло в шоковое состояние руководство Индии. Естественно, за этим стоит стремление Пекина не просто упрочить свое влияние в этой международной организации, но и снизить таким путем роль Индии. А это, наряду с предыдущими выпадами китайской стороны в отношении Дели, однозначно может привести к дальнейшему нагнетанию напряженности в индийско-китайских отношениях.

Не исключено, что Китай ожидает отсутствие негативной реакции на потенциальное расширение БРИКС со стороны Москвы. Об этом свидетельствует высказанное тогда же китайским министром мнение, что «китайско-российские отношения в настоящий момент переживают лучший момент в своей истории и прошли испытание временем»; по его словам, «эти отношения никак не подвержены влиянию внешних факторов». Скорее всего под этим подразумевается невозможность со стороны Индии повлиять на позицию России по вопросам российско-китайских отношений.

По мнению ряда зарубежных экспертов, вполне вероятно, что Пекин намерен предложить ввести в состав БРИКС Пакистан. Реакцию Индии на такое предложение легко предположить – она будет крайне негативной.

В рамках БРИКС это уже не первое столкновение двух ведущих азиатских держав. В октябре 2016 г. во время саммита БРИКС в Гоа Китай твердо настаивал на том, чтобы из заключительной Резолюции по итогам работы встречи в верхах были убраны такие жесткие формулировки Индии в отношении Пакистана как «государства - спонсора терроризма»; надо отметить, что к позиции Китая присоединились и Россия, и Бразилия. В конечном итоге, в тексте Резолюции осталась общая формулировка о необходимости борьбы с международным терроризмом.

А еще раньше, в июне 2016 г., на заседании Группы ядерных поставщиков в Сеуле Китай выступил резко против того, чтобы удовлетворить заявку Индии принять ее в эту Группу и не учитывать при этом стремление Пакистана также стать участником этой организации; более того, при окончательном голосовании 12 государств поддержали точку зрения Пекина. Причем голосовали «против» Индии не только «близкие друзья» Пакистана вроде Китая и Турции, но и такие страны, которые не заподозришь в чрезмерной симпатии к Пакистану ни невозможно отнести в антипатии к Индии – это Австрия, Бельгия, Бразилия, Италия, Мексика, Новая Зеландия, Россия.

Значительные военные расходы Индии в последние годы (Табл. 1) обусловлены, как нам представляется, отнюдь не вооруженными столкновениями со своим основным оппонентом – Пакистаном на Линии контроля в Кашмире; по нашему мнению, это связано в первую очередь с желанием максимально противостоять растущему военно-политическому и экономическому влиянию Китая в Азии.

Таблица 1

Военные расходы ряда стран мира в 2015 г.*

Таблица 1. Военные расходы ряда стран мира в 2015 г.

* Составлено по: Sam Perlo-Freeman, Aude Fleurant, Pieter Wezeman and Siemon Wezeman. Trends in World Military Expenditure, 2015. // SIPRI Fact Sheet, April 2016, http://books.sipri.org/files/FS/SIPRIFS1604.pdf

К тому же в памяти индийского руководства, возможно, свежи еще воспоминания о неприятных последствиях военного конфликта с Китаем в 1962 г., результатом которого стала китайская оккупация 38 тыс. км индийской территории (а это практически территория Швейцарии) в северо-западной части Гималаев на границе с Китаем штатов Джамму и Кашмир, а также Химачал Прадеш (т.н. «западный сектор»).

Индия крайне настороженно относится к сооружению на территории Пакистана Китайско-пакистанского экономического коридора (КПЭК), соединяющего г. Кашгар (Синьцзян-Уйгурский автономный район Китая) с пакистанским глубоководным портом Гвадар на берегу Аравийского моря. КПЭК проходит через всю территорию Пакистана с севера на юг и представляет собой комплекс инфраструктурных транспортно-энергетических объектов со всей сопутствующей периферией, общим объем китайских инвестиций превысит 54 млрд. долл. Повышенное внимание Дели к этому проекту объясняется в первую очередь тем, что он реализуется в том числе и на спорной территории пакистанского Кашмира, что вызывает особое неприятие индийской стороны. Дели считает это своей территорией, которую оккупировал Пакистан.

Однако Дели обеспокоен не столько экономическим проникновением Китая через Пакистан на побережье Аравийского моря путем вложения миллиардов долларов в развитие порта и непосредственно самого города Гвадар (предполагается, что полная модернизация порта, построенного в 2007 г. с помощью Китая, завершится к 2030 г.), сколько возможностью превращения его в перспективе в военно-морскую базу ВМФ Китая на Тихом океане. Поскольку препятствовать этому процессу Индия не в состоянии, индийское руководство избрало иной путь для расширения своего влияния в зоне Оманского залива и Аравийского моря – расширение торгово-экономического сотрудничества с Ираном, в частности, вложение финансовых средств в развитие иранского порта Чабахар (расположен примерно в 70-ти км от пакистанского порта Гвадар). В ходе визита индийского министра нефти и газа Дхармендра Прадхана в Иран в апреле 2016 г. последний пообещал вложить не менее 150 млн. долл. в модернизацию иранского порта. Здесь одновременно налицо и прагматический интерес со стороны Дели к инвестициям в портовую инфраструктуру Ирана: в условиях отказа Индии от участия в сооружении газопровода «Мир» из Ирана в Пакистан (с планировавшимся продолжением его в Индию) индийская сторона намерена получать газ из Ирана и в сжиженном виде переправлять его по морю в штат Гуджарат, полагая в перспективе построить для этих целей глубоководный газопровод.

Однако нужно заметить, что сложные политические отношения Индии и Китая отнюдь не мешают их тесному торговому сотрудничеству. В частности, в последние годы Китай вышел на первое место по размеру товарооборота с Индией, который достиг в 2015 г. 72 млрд. долл. (при этом, из этой суммы китайский экспорт в Индию составил 63 млрд. долл.), по сравнению, например, с объемом внешней торговли с одним из ведущих торговых индийских партнеров - Саудовской Аравией - 37 млрд. долл. Для сравнения укажем, что в 2012 г., например, товарооборот Индии с Китаем был равен 65 млрд. долл., в то время как с Саудовской Аравией этот показатель превышал 70 млрд. долл.

Представляется, что в ближайшей перспективе Китай останется ведущим торговым партнером Индии, даже несмотря на сохраняющуюся напряженность в их политических отношениях.

Календарь ИВ РАН

Июнь 2020
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 1 2 3 4 5

Анонсы

11 – 13 ноября 2020 года
V Международная научная конференция «Архивное востоковедение»
ИНСТИТУТ ВОСТОКОВЕДЕНИЯ РАН проводит 11–13 ноября 2020 г. в Москве
12 – 14 ноября 2020 года
VII Международная научно-практическая конференция "Буддизм Ваджраяны в России: уроки ХХ века и перспективы будущего"
состоится 12-14 ноября 2020 года в Москве, в Институте востоковедения РАН.
12 ноября 2020 года
Конференция «Южнотихоокеанский регион в прошлом и настоящем: история, экономика, политика, культура»
Сектор Южнотихоокеанских исследований Центра Юго-Восточной Азии, Австралии и Океании Института востоковедения РАН приглашает Вас принять участие в Сорок первой межинститутской научной конференции «Южнотихоокеанский регион в прошлом и настоящем: история, экономика, политика, культура»

Новые статьи

Палестина расторгла все договоры с Израилем и США
19 мая 2020 г. президент Палестинской национальной автономии (ПНА) Махмуд Аббас заявил о расторжении всех договоренностей с Израилем и США, том числе в области безопасности. 22 мая палестинские силы безопасности покинули районы, расположенные вблизи Восточного Иерусалима.
Ливийский цугцванг
Стране грозит раздел на Запад и Восток
Коронавирус джихадистам не помеха
Боевики в Ираке приспособлены для операций во время пандемии

ИВ РАН в СМИ