ИВ РАН

Институт востоковедения РАН в средствах массовой информации

В Институте востоковедения РАН обсудили стратегическое значение конвенция ООН по морскому праву для России

24 января 2023 года

Конвенция ООН по морскому праву 1982 года (UNCLOS) и сегодня выступает стратегическим документом для обсуждения научного сообщества. В рамках 40-летия ее реализации в Институте востоковедения РАН 19 января 2023 года состоялся научный семинар «UNCLOS: 40 лет в Южно-Китайском море и Арктике». В рамках мероприятия ученые-востоковеды выступили со следующим позициями. Подробнее — в материале Lentarus.

С приветственным словом от площадки-организатора мероприятия обратился заместитель директора Института востоковедения РАН Валентин Цуньлиевич Головачев.

В условиях современного глобального раскола и фрагментации сообщества, проходит пересмотр пространства совместного существования на море и суше.При кризисе сухопутного права, есть перспективы в рамках морского права. Тайвань изменяет свой подход. Ранее им был взят курс на символическое возвращение материкового Китая: «Превратим Тайвань в срединную равнину». Сейчас же власти продвигают концепции океанического сознания и океанической идентичности, — размышляет Головачев.

Меняет свой подход Китай, с приходом ко власти администрации Си Цзиньпиня, фокус внимания властей сместился с центра на фронтир Поднебесной, выдвинута концепция морского шелкового пути XXI века. В учебных пособиях продвигается концепт океанического сознания, согласно которой Китай – это древняя морская держава. Формируется Восточноазиатская методцивилизационная мир-система – особый тип коммуникативного пространства, восточноазиатский тип глобальности. Арктика – удобная площадка апробации нового типа международных отношений, благодаря и опыту UNCLOS.

Конвенция по морскому праву ООН – уникальный продукт. Решения принимались по блокам, при этом некоторые страны могли быть не согласны. Применялся конценсусный подход, что закладывало причины для будущего несогласия. США стремилось вести универсальный единые правила, не желая распространения влияния развивающихся стран в море. Благодаря Конвенции произошел переход от дуалистического к зональному разделению мирового океана. Китай настаивал на проходе военных кораблей через территориальные воды, что не было учтено в Конвенции. СССР и Китай использовали одинаковый подход, объявляя внутренними историческими водами те или иными акватории.

25% стран нарушают и сегодня в том или ином формате Конвенцию. Хрестоматийный пример страны-нарушителя – Китай, на втором месте Иран. США наиболее активно оспаривает те или иные действия стран. По их мнению, территориальные воды должны больше повторять изгибы берега, в связи с чем особое раздражение вызывает Северный морской путь как исторический транспортный путь России.

Важным критерием при определении акватории страны выступает длительное проецирование суверенитета на морскую территорию. Еще одним критерием является молчаливое согласие. Китай избрал стратегию прочерчивания ровных линий вокруг своих островов, что увеличило акваторию их претензий в ЮКМ. При это объявил себя субарктическим государством и выступает за свободное судоходство в Арктике, источником норм в Арктике, предлагая создание международного района морского дна.

Российская позиция заключается в том, что Конвенция применима к Арктике, но превалирующую роль занимает национальное законодательство, — считает руководитель Группы исследований политики США и Канады в Мировом океане Центра североамериканских исследований ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН Гудев Павел Андреевич.

Старший эксперт Российского института стратегических исследований Зеленкова Мария Станиславовна в докладе «Проблемы и перспективы работы Китая и АСЕАН над Кодексом поведения сторон в Южно-Китайском море» озвучила мнение, что международное право не предлагает конкретных механизмов урегулирования споров в акваториях. В случае с ЮКМ есть проблема с материальными историческими основаниями в рамках международных споров. Конвенция не подходит для разрешения конфликта.

Неэффективным выступает методика юридической войны, нот протеста. Нарастание напряженности для стран АСЕАН могут привести к открытому вооруженному противостоянию. Если страны юго-восточной Азии пойдут на уступки Китаю, например по пункту о географических рамках, то они не смогут в дальнейшем влиять на документ. Вьетнам продвигает идею регистрации Кодекса в ООН, а Китай говорит о его более декларативном характере. Переговоры по Кодексу будут продолжаться. Кодекс не будет определять принадлежность районам к какой-либо стороне, но снизит риск эскалации конфликтов.

Другов Алексей Юрьевич, главный научный сотрудник Института востоковедения РАН в докладе «Китайско-американское соперничество в Южно-Китайском море: последствия для Индонезии» выступил с позицией что территория экономической зоны Индонезии у острова Калимантан пересекается с девяти пунктирной зоной Китая. В случае обострения напряженности в конфликте будет участвовать США,

В 2016 году было опровергнуто право КНР претендовать на территории девяти пунктирной зоны. США используют напряжённости в регионе, чтобы достичь антикитайского блокирования Индонезией. Выступая на одних площадках руководство страны говорит о недопустимости доминирования Китая в ЮКМ, а выступая в Пекине заявляет о нейтральном статусе страны в этом вопросе: «Индонезия и Китай – братские страны в единой судьбе». Хотя особый контроль индонезийские власти осуществляют за проходящие через ее морские воды китайские суда, — сообщает Другов.

Индонезийское руководство испытывает опасения оказаться зажатым в китайско-американском противостоянии в ЮКМ. Оно ж выступает с позиции, что США и Индонезию роднят отношения к демократическим принципам, многообразие и сохранение стабильности в ЮВА. Проходят регулярные индонезийско-американские военные учения, офицеры индонезийской армии проходят обучение в США.

Старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Муратшина Ксения Геннадьевна в докладе «Конвенция ООН по морскому праву в диалоге «Япония-АСЕАН»» отмечает, что Синьцзо Абэ обозначил цель Японии и АСЕАН в следующее 50 лет привести мир к верховенству международного порядка и права. Он же считает, что ЮКМ важно для Японии, она разделяет глубокую озабоченность изменить статус-кво в одностороннем порядке. Нужно продвигать в регионе порядок, основанный на правилах через поддержку международного права, например Конвенции. Япония продолжит не жалеть сил, максимально предлагая свое сотрудничество.

Вьетнам, будучи председателем АСЕАН, выступал с позиции, что Конвенция представляет правовые рамки, в которых осуществляется все международные действия. Только он продвигает UNCLOS. Япония увязывает тематику ЮКМ с Восточно-Китайским морем, формируя из нее тему обсуждения АСЕАН. Позиция властей в том, что в одностороннем порядке нельзя менять статус-кво, — рассказывает Муратшина.

Рубан Лариса Семеновна, выступая с докладом «Энергетическая составляющая конфликта в ЮКМ», отметила что споры по ЮКМ и Арктики имеют общую основу, споры за энергетические, минеральные ресурсы. Китай выступает крупнейшим импортером ресурсов из региона ЮКМ, далее идут Малайзия и Индонезия. Происходит снижение добычи нефти во Вьетнаме. Разведка и освоение нефти и газа переходят от традиционных к нетрадиционным ресурсам, в первую очередь морским.

99% экспорта Австралии поступают морским транспортом. Выделяется фактор влияния Китая. «Поворот к Азии» австралийских дипломатов определил курс страны, но в союзе с США. Южно-Китайское море – один из главных транспортных артерий страны. Несмотря на то, что искусственные острова в ЮКС не обладают соответствующим статусом островов, Австралия не отвергает претензии Китая на острова ЮКМ. Участие в территориальных спорах от Южно-Китайского моря до Антарктики приводит страну к территориальному перенапряжению. Такого мнения придерживается Гарин Артём Алексеевич, научный сотрудник Института востоковедения РАН, в сообщении на тему «Участие Австралии в морских территориальных спорах в АТР: риски вовлечения в конфликт, роль Quad и двойные стандарты».

Панарина Дарья Сергеевна, кандидат культурологии, старший научный сотрудник Института востоковедения РАН в сообщении «Позиция России по вопросу соблюдения Конвенции по морскому праву в конфликте между Филиппинами и Китаем в ЮКМ» считает, что Филиппины после своей победы в Гаагском суде сделали шаги по смягчению ситуации с Китаем, перейти на уровень двусторонних переговоров, перейти от политики к экономическому сотрудничеству.

Представитель Института востоковедения РАН Шатерников Павел Сергеевич, выступая с темой «Проблема Тиморского моря в международном морском праве и межгосударственных отношениях» выделил, что Тиморское море связывает Австралию с ее союзниками в Юго-Восточной Азии. Сохранялся разрыв морской границы Тимора и Австралии, а затем Индонезии и Австралии. С обретением полной независимости Восточный Тимор утвердил старые границы, заключенные еще индонезийским правительством. Будучи малой страной, Восточный Тимор вынужден жертвовать национальными интересами в вопросах двустороннего сотрудничества.

Изменение границы Сингапура проходило на протяжении всего ХХ века. В 1995 года была определена сегодняшняя граница с Малайзией, при этом соглашение по делимитации границы подписано не было. Остров Петра Бранка – камень преткновения в установлении малазийско-индонезийско-сингапурской границы. Согласно Конвенции этот спор был передан в Гаагский суд, большинство документов дела не были приняты к рассмотрению судом. По итогам суда, Малайзия отозвала свои претензии. Этот аспект юго-восточной азиатской политики затронула Астафьева Екатерина Михайловна, старший научный сотрудник Института востоковедения РАН в докладе «Применимость UNCLOSS в вопросах делимитации границ «треугольника» Индонезия-Малайзия-Сингапур».

В завершении докладной части Мосяков Дмитрий Валентинович, доктор исторических наук, заведующий Центром Юго-Восточной Азии, Австралии и Океании Институт востоковедения РАН представил выступление «Актуальность Конвенции по морскому праву для решения конфликта в ЮКМ» озвучил что UNCLOS сегодня сущностный документ, он является недостаточным для решения текущих вопросов, но применение его необходимо. Некое универсальное морское право создает рамки, «красные линии». Поэтому некоторые страны отменяют его, следуя из своих интересов. 40 лет критики Конвенции подчеркивает, что она реально существует и реально успешна. Она выступает фундаментом в решении проблем.

Вьетнамо-китайские отношения имеют три извечных вопроса: сухопутная граница, раздел Танкинского залива, раздел ЮКМ. Решение вопроса Танкинского залива, основанное на международном право показывает работоспособность этих механизмов. Открывается новый этап о взаимном сближении стран, создании атмосферы взаимопомощи в решении ключевых вопросов. И Китай, и Вьетнам начинают ощущать предстоящие перемены, связанные в том числе и с вызовами НАТО по контролю азиатских регионов.

По мнению принимавшего участие в мероприятии научного сотрудника Центра «Россия, Китай, мир» Института Китая и современной Азии РАН Бредихина Антона Викторовича, сегодня Азиатско-Тихоокеанский регион, включая вопрос Южно-Китайского моря, играет важную роль для Российской Федерации, особенно в условиях напряженности с Западом, поскольку в мире не так много регионов, где России можно доверять и иметь таких лояльных партнеров как Вьетнам.

В этом контексте Российской Федерации необходимо более четко определить свою роль в региональных проблемах и территориальных конфликтах, в том числе в Южно-Китайском море, благодаря своему накопившемуся опыту урегулирования международных споров.

Не стоит понижать роли Конвенции ООН по морскому праву 1982 года (UNCLOS), в урегулировании территориальных споров. Для ЮКМ роль данного документа остается принципиально важной. Она является фундаментом как действующей ныне Декларации о правилах поведении сторон в ЮКМ (DOC), так и будущего Кодекса поведения в ЮКМ (COC).

Значительную роль занимает Вьетнам в стабилизации положения в ЮКМ. Его внешнеполитическая позиция формируется на основе международного права, мирными средствами и его действия выступают примером для других стран, принимающих участие в конфликте в ЮКМ, — резюмирует Бредихина.

У Российской Федерации сложились традиционно хорошие отношения и с Китаем, и с Вьетнамом. В условиях противостояния западной гегемонии и санкционной политики США и ЕС, необходимо придумать трехстороннее сотрудничество в регионе, по таким направлениям как добыча морепродуктов, научное исследование, геологоразведка, разведка и добыча нефти и газа.

Головачев Валентин Цуньлиевич, Другов Алексей Юрьевич, Мосяков Дмитрий Валентинович, Астафьева Екатерина Михайловна, Панарина Дарья Сергеевна, Муратшина Ксения Геннадьевна, Гарин Артём Алексеевич

Читать полностью первоисточник: «LentaRus»

 

Все новости ИВ РАН в СМИ >>